2

“20 Восьмая”, или “а где-то есть немыслимый разврат”

Posted by admin on October 6, 2016 in Книги |

Слушайте, прислали мне ссыль на книжку авторессы Юлии Ковы под названием “20 восьмая”, причем книжку обозначили как “наш ответ 50 оттенкам сырости”

ЗначиЦЦа, “наш ответ” я глотнула за два вечера и вот отчитываюсь.

Во-первых, ухохоталась. Нет, книжка не предназначена для хохота, но лично я этот роман из жизни и страстей офисного планктона восприняла исключительно как комедию, хотя по сути передо мной был любовный роман “нетипичный и нестандартный”, типа претендующий на то, чтобы порвать глупую домохозяйку, заработавшую на печали современных женщин в горизонтальной области уже больше 90 миллионов долларов.

Но мне при чтении подобной литературы все больше интересно, каковы мечты и пристрастия наших современниц, как они представляют себе идеальную героиню, идеального героя, ну и поскольку – ну явно не Толстые, даже не Татьяны – все герои у них рождаются из их образов себя или идеалов, то интересно же поглядеть, чем живут средние представительницы поколения.

В общем, делюсь деталями.

Есть героиня, описываемая как языкатая и бойкая, но на самом деле ранимая и надломленная 26-летняя девица. Есть герой, красавец и ловелас, через которого прошли (о ужас!) уже 27 женщин, и наша героиня – оказалась двадцать восьмой (отсюда и название). На фоне интриги в конторе “Рога и копыта”, где происходит немыслимый по накалу кидок героини и пилеж бюджета, от последствий которого герой и спасает героиню (которую хотели подставить и чуть ли не посадить), разворачивается с места в карьер жгучий любовный узел, призванный описать почтеннейшей публике глубины чувств, широты чувственности и масштабы трагичности.

По факту прочтения – поняла, что большинство авторов вообще не в курсе, что такое языкатая, остроумная и язвительная женщина. Поскольку ваша покорная слуга – такая, и у меня еще найдется десяток подружек, таких же пираний, могу сказать, что в большинстве случаев унылые потуги изобразить нас, мурен, – проваливаются всякий раз с треском и поднятой пылью, ибо – ежели тебе не дано язвить и глумиться, лучше не берись, а описывай главной героиней какую-нибудь просто ранимую и тонкую-звонкую дюймовочку с трагической судьбой. Потому что когда знатная акула и ехидна читает серию плоских и унылых острот, обозначенных вершинами остроумия, в результате ехидна выплеснет только литр критического яда и еще и позовет подружек добавить – и буде автору захочется почитать, че там почтеннейшая публика пишет по поводу его романа, то могёт случиться кризис самоидентичности и прочие надломы ранимости.

Еще поняла, что заветы литинститутов “наблюдать жизнь” – современные авторы похеривают с просто замечательной регулярностью. Ибо – если ж ты претендуешь на то, чтобы описать чувственное влечение мужчины к женщине не в стиле “похождения нефритового стержня в будуаре девственницы”, а в хоть каком-то правдоподобно – ладно – романтически-сексуальном ключе, то расспроси мужиков (причем, что важно – качественных мужиков, ты же таких описываешь), что именно они считают сексуальным в поведении женщины. Не-не, это тебе только кажется, что облизывание губы языком, не веришь – пойди посмотри замечательную иллюстрацию: интервьюирование Лены Миро журналистами мужескаго полу в количестве трех индивидуумов. И не “она призывно изогнулась, закусив губу”. Не веришь мне, попробуй проделать это перед зеркалом и посмотри, что получается в результате. И можно ли иметь на полученное – любую реакцию, кроме смеха.

Вот ежели вдумчиво подойти к расспросам, получится удивительный результат. Как существо любопытствующее – могу поделиться, можно даже сказать, выбрасываю идеи в ноосферу, подбирайте.

Иногда это может быть манера убирать за ухо локон. Иногда – задумчивое постукивание по столу накрашенными ногтями. Иногда – манера присаживаться, поджимая под себя ноги. Иногда – жест, которым женщина кладет сумочку на стол. И это – то, что я быстро вспомнила навскидку из разговоров с друзьями. Если сесть и повспоминать основательно – то наберется еще десяток совершенно невинных привычек и жестов, запускавшими ту самую химическую реакцию между полами, приводившую к сильным чувствам. Могу даже сказать, что все эти излюбленные штампы “сексуальных кошечек” опытного мужчину оттолкнут, потому что женщина, употребляющая их, всегда глупа и манерна. И чего взять с глупых и манерных – они и оргазм сымитировать толком не могут, а не то, что его испытать, потому что всегда заняты только одним, попытками поглядеть, как они выглядят в данный момент со стороны и достаточно ли они красивы и сексуальны. Куда ж тут разряжаться…

Но вернемся к нашему “ответу серости”.

По поводу ловеласов и особенностей их характера. Авторесса описывает эдакого мачо-затейника, альфа-самца, прорывшего себе дорогу в большой бизнес, аки крот-террорист, готового жениться на дочери босса без любви и безжалостно эксплуатирующего офисных телок, подсаживающихся на его сексуальное мастерство, аки нарки на опиаты.

При этом количество женщин… 27… Ладно, спишем это на то, что Фима Собак тоже считала, что “где-то есть немыслимый разврат”. Но мне другое интересно, автор хоть раз беседовала с мужчиной, скажем так, с опытом, который однажды встречал женщину, в которую влюблялся едва ли не с первого взгляда (ведь описывается именно эта ситуация)? Она хоть раз вообще таких индивидуумов в жизни встречала? И если встречала – то она вообще знает, что у них с вербализацией состояний – весьма хреново? И что все, что они могут описывать, – это “меня как кувалдой стукнуло”, “мне в грудь ударил большой огненный шар”, “я тут же понял, что она – моя”, “я понял, что она будет моей женой”, “вот, с ней у нас будут дом, семья и дети”. Я ж сейчас цитирую, друзья мои, цитирую. И никаких больше вербализаций, никаких красот и изгибов – потому что дальше начинается осада, причем такой силы, что сопротивление вообще бесполезно. И это является главной особенностью опытных мужчин, познавших внезапную (и часто первую) любовь. У них особенность жизненного опыта такова, что перебрав те самые десятки женщин, они приходят к мысли, что ничего нового в каждой следующей женщине не будет, и вдруг – их накрывает чем-то совершенно неизведанным, острым, мгновенно поражающим и преображающим их. Да куда там, какие извивы – они развивают такую деятельность по завоеванию объекта любви, что похожи на взлетающий с авианосца истребитель.

Это у неопытных как раз извивы и изгибы, рефлексии и мысли, а мож где еще будет лучше. Поэтому эта линия в романе – какая-то совсем неправдоподобная и бабски-романтичная.

Теперь по поводу героини. Самое убийственное – это ее характеристика, данная главным героем в момент терзаний. Он узнал, что он у нее – четвертый. Щас цитата будет: “Не пятый, не двадцатый, не пятидесятый… четвертый!” Как вы уже поняли, это положительная характеристика. Герой уничтожен тем, что героиня – практически девственница (тем более, по сюжету там было еще и изнасилование героини в школьном возрасте одноклассником). В общем, у героя скрипят желваки и текут скупые слезы по землистым щекам, ибо – он же ж четвертый.

Тут я даже и комментировать не буду, потому что на этом пассаже я вообще поломалась и долго пыталась понять, авторесса прикалывается или нет. И неужели у современного офисного планктона такие интереснейшие представления о женской “практически невинности”.

О психологизме персонажей книги можно даже не говорить. Потому что я считала, что у оттенков старости – большой напряг с логичностью характеров, однако, как выяснилось, все характеры и герои там – просто идеальны. Ибо в данной книжке “практически невинная” и надломленная героиня то как дура попадается в сети больного кидалова, то – плетет жесточайшие интриги, чтобы наказать главного героя, ведь при всей надломленности и ранимости, “наш папа” – вовсе не кузнец, а олигарх. Короче, я честно старалась понять, какая героиня личность, и поняла, что – никакая, потому что у автора, видимо, сюжет и все его повороты зависели от дня менструального цикла, а вовсе не от логичности и выверенности повествования.

В общем и целом книга – великий трэшак, достойный только одного: поржать и забыть. Прочитав ее, я делаю на основании прочитанного только один вывод: писательством сейчас занимаются все, кому не лень, пишут от фонаря, не удосужившись хотя бы чуток озаботиться правдоподобностью сюжета и характеров, а “пипл хавает”, потому что именно так и представляет себе мир “глубоких чувств интересных людей”.

Так что, ежели хотите основательно изумиться и поржать – смело начинайте читать “наш ответ серости”. Он явно задался – потому что совершенно точно соответствует цитате “… но то, что вы делаете руками…”

2 Comments

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Copyright © 2009-2017 Заметки эмигрантки All rights reserved.