0

Попытки подумать о вере… Часть 2

Posted by adamsnotes on November 8, 2009 in О вере |

С этого момента начинаю говорить более предметно: о христианстве.

Сложность и истинность этой веры в абсолютно новом, незаимствованном, взгляде на основополагающие вопросы бытия и личности, на суть Бога и мессианство, которые позволяют предположить инспирированность учения свыше. Все, что придумал человек, – это так или иначе перекликающиеся во времени или пространстве идеи. Христианство – совершенно новый взгляд, иногда диаметрально противоположный всему, что придумало человечество. Более того, многое из учения подтверждается науками, возникшими в Новом Времени, в частности, психологией, биологией, даже историей и географией.

Факты, ничего кроме фактов. Причем сразу обращаю внимание на философский аспект поднятых проблем, а также на гносеологическую новизну поднятых вопросов.

– абсолютно и совершенно новая трактовка природы человека.

Ни одна религия или философская система не поднимала вопрос о первичной поврежденности человеческой природы.
Еще раз уточняю: все религии и учения говорили (упрощаю предельно) – любой человек изначально добр и хорош.
Христианство привнесло совершенно новую идею: изначальная природа человека повреждена грехопадением и это стало наследственным повреждением, передаваемым в поколениях. И исправить это повреждение можно через…

– вторая идея
воплотившегося и пострадавшего (Мессия распятый, иудеям соблазн, эллинам – безумие) Бога, который

– третья идея
един и троичен по сути.

Ни одна из этих идей ранее не существовала.
Еще раз обращаю внимание: посмотрите на гносеологическую важность идей, если вопросы веры для вас еще в стадии обдумывания «верить или не верить».

Чудеса, аналогов которым человечество не знало. Любой человек, знакомый с Евангелием даже понаслышке, знает о чудесах, творимых Христом. Но задумывались ли вы, что было еще чудо, о котором я не задумывалась до тех пор, пока не услышала о нем в лекциях профессора Осипова.
Сам Христос ничего не писал, он не оставил письменного учения. А кто оставил? Апостолы, которые записывали за Христом Его слова. А апостолы были кто? По профессии? Рыбаки… Люди не книжные. Можно провести эксперимент: найти рыбака и изложить ему, скажем, книгу Достоевского «Братья Карамазовы». И конспект потом поглядеть. Оговариваюсь для всех, кто может обвинить меня в снобизме – не снобизм тут, а простые размышления на тему того, как рыбаки могут принести в мир учение, которое не имело аналогов во всей мировой религиозной и философский мысли. Не повествование, в котором можно отследить фабулу, а сложнейшее нравственно-философское учение. Чудом и богообщением объяснить можно. Рационально – нет.

Практически мгновенное распространение учения и некоторые обстоятельства распространения (и вот тут стоит обратить внимание на странность гонений в толерантной империи, на то, что 300 лет христиане уничтожались самыми жестокими способами, но учение выжило, а попробуйте физически уничтожать сторонников какой-либо религии, и поглядите, что будет лет через 10. На то, что количество людей, жертвовавших жизнью, исчисляется с учетом всей мировой истории, наверное, миллионами, и ни одно учение любой направленности, даже коммунистическое, не может и близко сравниваться с христианством. Считать это коллективным психозом – по меньшей мере неразумно, потому что среди христиан, погибших мученической смертью, были настоящие светила своего времени, а подозревать, что все они были фанатиками и безумцами… легче предположить, что ты сам фанатик и безумец, потому что ты один, а тех, кто предпочитал идти на смерть – тысячи, и значит, те тысячи познали нечто, что ты сам не познал, и предпочитаешь считать безумием).

То, что можно считать последствиями христианского учения для разума людей (вы когда-нибудь задумывались, что Восток породил замечательные философские и научные системы, но цивилизацию движут европейцы, те, кто принял христианство, то есть чей разум был организован именно по “христианскому образцу”?)

Совершенство в том, что христианство открыло человеку ту истину, за которую человек не страшится идти на смерть. Это что называется истина в последней инстанции. Массовость жертв и их временнОе распространение говорит лишь о том, что дело не во времени жизни того, кто познал истину, а в том, что познав ее, человек более не сомневается. 2000 лет, два тысячелетия люди умирают и идут на пытки за Христа, за одну и ту же истину.
Временность и суетность многих идей, за которые люди умирали, в противовес двум тысячелетиям… Кажется, есть над чем задуматься. И разумный человек, даже если он тридцать три раза агностик или атеист, остановится и почешет затылок: “Ну значит, есть же что-то там такое, пусть мне лично непонятное, познав что люди более не боятся пожертвовать собой”.
Умный человек никогда не скажет “Они все дебилы, маньяки и ничего в этой жизни не смыслят”. Умный человек подивится масштабности и временнОй протяженности и признает, что где-то что-то он в этой жизни не понимает. Всепонятливость и всезнание – удел глупости, уж пардон, я действительно так думаю.

Одним из парадоксов, продолжающих удивлять всех, кто начинает читать о христианстве, является сами условия появления этой религии. На момент прихода на Землю Христа Рим процветал. Рим эпохи Августа (императора, правившего в год рождения Христа) – это Рим не с просто процветающей экономикой, но и процветающей культурой, стабильными социальными отношениями, ЛЮДИ называли эту эпоху золотым веком, а Августа возвели в сан божества. Вот цитата из исторической статьи: «В заключение отметим, что Октавиан Август был одним из наиболее одаренных, энергичных и умелых правителей в мире. Необыкновенно огромная, преследовавшая отдаленные цели работа по реорганизации и восстановлению, проводимая им в каждой структуре огромной Империи, способствовала созданию нового римского мира, в котором все классы, до самых низших, благоденствовали из-за улучшившихся связей и процветавшей торговли. Автократический режим, установленный в его правление (с учетом ошибок Цезаря), заменил пришедшую в упадок Республику — хоть поначалу и появлялось множество заговорщиков — и был обречен на длительное существование. Он принес стабильность, безопасность и благосостояние беспрецедентно большой части населения на более чем два столетия; он обеспечил выживание и сохранение политического, социального и культурного наследия классического мира, как римского, так и греческого».

И вот в этом процветающем государстве появляется учение, которое распространяется практически мгновенно (особенно с исторической точки зрения). Начало массовых гонений – 64 год, первый христианский мученик погиб в 34 году. В историческом масштабе – христианство распространилось действительно вмиг и его сразу стали преследовать. Причем странно то, что по миролюбию христиане, пожалуй, меньше всего угрожали социальной целостности государства. Собирались люди, молились, устраивали вечери любви. Но по жестокости гонения остается непонятным, чем же они так угрожали веротерпимому Риму… Гонений на христиан было несколько:
1 – гонения при Нероне в 64 г. и гонения при Домициане (81-96)
2 – гонения при Траяне, 112 г н.э.
3 – начинается с правления императора Декия (249—251) и продолжается вплоть до Миланского эдикта 313
Гонения прекращаются после издания в 311 г. эдикта, в котором христианство признается дозволенной религией (хотя явным образом и не снимаются ограничения с христианского прозелитизма), и в полной мере после Миланского эдикта 313 г., провозгласившего полную веротерпимость.

Кстати, для всех, кто так или иначе сомневается, что Христос — приходил на землю в начале новой эры.
Если атеисту недостаточно слов апостолов и тех, кто встречался с Христом лично, а также любые христианские или гностические источники, то существуют три документальных свидетельства тех, кого нельзя назвать даже симпатизирующим христианам.

Привожу цитату из статьи Алексея Комлева, отвечающего на вопрос о том, какие свидетельства языческих или авторов иной веры о Христе доступны нам сейчас.

Вот что пишет Тацит:

Анналы, XV. 44: «Эти меры были подсказаны человеческим разумом. Затем стали думать о том, как умилостивить богов, и обратились к Сивиллиным книгам, на основании которых были совершены молебствия Вулкану и Церере с Прозерпиною, а матроны принесли жертвы Юноне, сначала на Капитолии, потом у ближайшего моря, и зачерпнутой в нем водой окропили храм и изваяние этой богини; замужние женщины торжественно справили селлистернии и ночные богослужения. Но никакие человеческие усилия, раздачи принцепса, приношения богам не могли истребить позорящей его молвы о преднамеренном поджоге. И вот, чтобы прекратить слухи, Нерон подыскал виновных и подверг тягчайшим мукам людей, ненавидимых за их мерзости, которых чернь называла христианами. Прозвание это идет от Христа, который в правление Тиберия был предан смертной казни прокуратором Понтием Пилатом. Подавленное на некоторое время это зловредное суеверие распространилось опять, и не только в Иудее, где возникло это зло, но и в самом Риме, куда отовсюду стекаются гнусности и бесстыдства и где они процветают. Итак, сначала были приведены к ответу те, которые покаялись, затем по их указанию великое множество других, не столько по обвинению в поджоге, сколько уличенные в ненависти к роду человеческому. И к осуждению их на смерть добавилось бесчестие. Многие, одетые в звериные шкуры, погибли, растерзанные собаками, другие были распяты на кресте, третьи — сожжены с наступлением темноты, используемые в качестве ночных светильников. Нерон предоставил свои сады для лицезрения этих огней и устроил игрища в цирке, где сам, наряженный возницей, толкался в толпе плебеев или разъезжал на колеснице. Так что хотя то и были враги, достойные самой суровой кары, они пробуждали сострадание, поскольку были истреблены не ради общей пользы, но из-за жестокости одного человека.»

О том же говорит и Светоний Транквилл в «Жизни двенадцати Цезарей»

Нерон, 16 :«Многие строгости и ограничения были при нем восстановлены, многие введены впервые: ограничена роскошь; всенародные угощения заменены раздачей закусок, в харчевнях запрещено подавать вареную пищу, кроме овощей и зелени — а раньше там торговали любыми кушаниями; наказаны христиане, приверженцы нового и зловредного суеверия; прекращены забавы колесничих возниц, которым давний обычай позволял бродить повсюду, для потехи обманывая и грабя прохожих; отправлены в ссылку пантомимы со всеми своими сторонниками.»

Из языческих авторов можно еще упомянуть довольно раннюю переписку легата Вифинии и Понта Плиния Младшего с императором Трояном, где поднимается вопрос о христианах. Эту переписку воспроизводит Тертуллиан в своей 2-ой Апологии. Помимо этого есть еще и письмо императора Адриана проконсулу Азии Минуцию Фундану, где также обсуждается проблема распространения христианства. Это письмо цитирует Иустин Мученик в 1-ой Апологии.

“Плиний императору Траяну.

…Я никогда не присутствовал на следствиях по делу о христианах: поэтому я не знаю, чем и в какой степени их следует наказать или как вести дознание. Я очень колебался, надо ли, вынося приговор, делать разницу между возрастами или же ничем не отличать нежный возраст от людей взрослых, прощать ли раскаявшихся, или же человеку, который был христианином, отречение не идет в пользу, и следует наказывать само имя, даже при отсутствии преступления, связанного с именем. Пока что с теми, кого приводили ко мне в качестве христиан, я придерживался такого образа действий. Я спрашивал их самих, христиане ли они; сознавшихся спрашивал второй раз и третий, угрожая им казнью, упорствующих велел уводить на казнь. Я не сомневался, что какова бы не была сущность их признания, их следовало, конечно, наказать за непреклонную закоснелость и упрямство. Были же и такие безумцы, которых я, как римских граждан, решил отправить в Рим. Вскоре, в ходе самого разбирательства, как это обычно бывает, преступников стало набираться все больше и больше, и появились многочисленные виды их. Мне был предложен список, составленный неизвестным и содержащий много имен. Тех, кто отрицал, что они являются христианами или были ими, я решил отпустить, когда они вслед за мной призвали богов, совершили пред изображением твоим, которое я велел принести вместе со статуями богов, жертву ладаном и вином, а кроме того обругали Христа: настоящих христиан нельзя принудить ни к одному из этих поступков. Другие, названные доносчиком, сказали, что они христиане, а затем отказались от этого, сказав, что они были христианами, а затем отпали, некоторые за три года, другие за много лет назад, некоторые за двадцать. Все они почитали и твое изображение, и статуи богов, и обругали Христа. Они утверждали, что вся их вина ил заблуждение состояли в том, что они, обычно по определенным дням, собирались до рассвета’, воспевали, чередуясь, Христа как Бога, и клятвенно обязывались не преступление совершать, а воздерживаться от воровства, грабежа, прелюбодеяния, нарушения слова, отказа выдать доверенное. После этого они обыкновенно расходились и приходили опять для принятия пищи, обычной и невинной, но что и это они перестали делать после моего указа, которым я, по твоему распоряжению, запретил тайные общества. Тем более счел я необходимым под пыткой допросить двух рабынь, называвшихся прислужницами, и не обнаружил ничего, кроме безмерного, уродливого суеверия, поэтому, отложив расследование, я прибегаю к твоему совету. Дело, по-моему, заслуживает обсуждения, особенно вследствие числа тех, над кем нависла эта угроза: множество людей всякого возраста, всякого звания и обоих полов идут и будут идти на гибель. Зараза этого суеверия прошла не только по городам, но и по деревням и поместьям, но кажется, ее можно остановить и помочь делу. Достоверно установлено, что покинутые храмы опять начали посещаться, торжественные службы, давно оставленные, восстановлены и корм для жертвенных животных, на которых до сих пор едва-едва находился покупатель теперь опять распродаются. Из этого легко заключить, какое скопище людей можно исправить, если дать место раскаянию”.

Свидетельство Иосифа (получившее название testimonium Flavianum) вызывает больше вопросов:

«Около того времени жил Иисус, человек мудрый, если Его вообще можно назвать человеком. Он творил удивительные дела и учил людей, с удовольствием принимавших истину. Он привлек к Себе многих иудеев и многих эллинов. Это был Христос. По доносу первых у нас людей Пилат осудил Его на распятие, но те, кто с самого начала возлюбили Его, оказались Ему верны. На третий день Он явился им живой. Пророки Божий предрекли это и множество других Его чудес. И поныне еще существуют так называемые христиане, именующие себя таким образом по Его имени.»

Непохоже, чтобы иудей до мозга костей Иосиф Бен-Маттафия писал об Иисусе почти как о Боге. Хотя он мог находиться под влиянием эллинистических представлений о легендарных героях, и ему захотелось сравнить с ними Иисуса. Не исключено и то, что здесь действительно немного потрудился христианский переписчик. Правда, у нас почти нет причин считать подобным образом. Testimonium Flavianum приводится уже Евсевием Кессарийским в его «Церковной истории».(ЦИ I. 11. 7) В это время еще были сильна античная оппозиция (вспомним попытку реставрации язычества Юлианом Отступником), представители которой могли бы поднять подлинный текст Иосифа и обрушиться на христиан с критикой.

Но в отношении подлинности свидетельства Флавия часто делают уступку, и приводят текст из «Всемирной Истории» Агапия (раннее средневековье) где, по мнению ряда исследователей, содержится неискаженная версия:

“В это время жил мудрый человек, которого звали Иисус. Весь его образ жизни был безупречным, и он был известен своей добродетелью, и многие люди среди евреев и других народов стали его учениками. Пилат осудил его на распятие и на смерть. Но те, кто стали его учениками, не отказались от его учения. Они рассказывали, что он им явился через три дня после распятия и что он был тогда живым; таким образом, он был, может быть, мессия, о чудесных деяниях которого возвестили пророки”.

Достаточно объективный в плане подтверждения исторической реальности личности Иисуса материал содержится в талмудических свидетельствах. Естественно, все они выдержаны в резко отрицательном духе, но сам факт того, что в них говорится об Иисусе как о реальном человеке, лишний раз опровергает атеистические предположения о мифичности Иисуса. Правда, Талмуд не блещет особой точностью. Там, например, сказано, что Иисус происходит от Пантеры, римского воина, хотя это есть следствие простой ошибки – потери одной буквы в слове «парфенос» – дева.

Итак, свидетельства исторического, реального существования Христа приведены, причем археологи каждый день находят новые и новые тексты, кто знает, возможно, найдутся еще авторы, которые не вызовут сомнений в своей непредвзятости по отношению к христианам, которым будет незачем искажать факты — и которые в своем неверии докажут тем, кто сомневается, что Христос не является выдумкой бродячего философа Павла, жившего в третьем веке нашей эры, как считают некоторые атеистически настроенные ученые.

А теперь о том, что говорят скептики по поводу заимствований идей христианства у ранних, языческих источников.

Об историческом существовании Христа мы уже говорили — найденные письменные свидетельства (которых, скажем, больше, чем свидетельств существования Сократа, коих насчитывается ровно два и оба — от его учеников) не дают сомневаться в том, что основателем христианства был Иисус Христос, богочеловек, поразивший даже язычников и иудеев творимыми чудесами и идеями.

Теперь о заимствованиях.
Еще раз напоминаю, что ни одна религия ни до, ни после Христа никогда не осмеливалась объявить, что ее основал сошедший на землю Бог. Более того, интересным кажется еще то, что во всем языческом мире бог-демиург и бог-управитель мира — разные боги. Скажем, Зевс, верховный бог греков, оскопил своего отца Кроноса, а тот — твоего отца Урана, супруга Геи-земли, которая породила мир. Верховная богиня японцев Аматерасу родилась из левого глаза демиурга Идзенаги, Ра породил мир, но Озирис правил в нем до семейной склоки, окончившейся отцеубийством. И лишь у иудеев бог был единым, соединявшим в себе и творчение, и начальство над миром. А Христос открыл миру великую тайну троичности и единства божества, столь трудно осознаваемую Его современниками, и которую гораздо легче осознать нам, в головах которых уже имеются идеи, скажем, о дуальности света, который является одновременно частицей и волной.

Что касается иных аргументов заимствования, то их несколько: языческие боги тоже приносили себя в жертву, скажем, как Прометей, троичность божества не нова, в язычестве тоже были триады.

Продолжение следует…

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Copyright © 2009-2017 Заметки эмигрантки All rights reserved.
This site is using the Desk Mess Mirrored theme, v2.5, from BuyNowShop.com.