2

И пришедше весна, и восстонаша “сильные женщины”

Posted by admin on April 4, 2019 in О человеке |

Вот люблю я перебирать своих наблюдаемых и отслеживать их поведение в зависимости от времени года. Весной в воздухе запахло – и понеслось.

Все мои подопечные, размахивавшие, шо ото красноармейской саблей, лозунгами “я сильная”, “да здравствует феминизм”, “я сама себя кормлю и вообще все-превсе могу делать сама”, “независимость – главный приоритет”, чёто по весне пошуршали-пошуршали, да и разразились на стене града Путивля (Мордокнитежа) вселенским плачем, что, дескать, велика Расея, а сильных мужиков в ней и нетути. Что жЭнщина вынуждена быть сильной, а на самом деле любая сильная женщина – это слабая женщина, у которой нет сильного мужчины, что измельчал нонче мужеский род, зрада-зрадная-ганьба-ганьбиная, ау, где же вы, рыцари.

Преизряднейшим образом офигев от многочисленности плакальщиц, пошла вот думать на досуге и делиться понадуманным с вами, люби друзи.

Вообще сам факт прижития феминистических идей в России является для меня удивительным и чудесатым, потому что пока западные тетки, чьи праматери соучаствовали в культе Прекрасной Дамы и ехали на этом запасе многие столетия, порешили бороться за свои права, тетки русские – не знали, куда от этих прав деваться. Преимущественно аграрная страна, где женщины впахивали наравне с мужчинами что в поле, что дома, в 20 веке начала резко впрыгивать в индустриализацию, где женщинам снова пришлось впрягаться наравне с мужчинами в рабочую лямку, а там подоспели и мировые войны, революции и репрессии, начавшие методичный выкос лучших мужчин этноса.

Поколения русских женщин возростало, зрело и старилось в условиях, где само наличие мужчины в семье – было редким явлением, а уж качественность этого мужчины (не пьет, не бьет, работящий, отдает зарплату) – была и вовсе уделом очень малого количества счастливиц. Русская женщина была небывалым образом уравняна в правах с мужчиной – причем уравняна зверски, до абсурда. Когда декретный отпуск – минимальный, работай, подруга, а не детей качай; количество больничных в году – если не ошибаюсь, 3 ( и это при позднем советском строе), тяжелый труд вроде шпалоукладывания или поднятия целины – не просто доступен, а иногда неизбежен. Хочешь быть летчицей, трактористом, кузнецом? Вперед: обучат, обеспечат рабочим местом, работай.

Хочешь во власть? Тоже нет вопросов, выстраивай карьеру вертикально вверх, может, до второй Фурцевой дослужишься. Ну и неизбежнейшие военно-репрессивные вдовы, вынужденные взять на свои плечи каторжный труд, восстановление разрухи, воспитание и прокорм детей… Да какой феминистке такое приснится со всеми их “правами голоса”? Дикое непуганое бабье царство с совочками в песочнице, борющееся за то, чтобы в песочнице разрешили не только совочки, но и лопаточки. Свались среднестатистическая советско-российская бабская судьба на любую западную феминистку, да померла бы в корчах – и делов всех, под плач соратниц по песочнице.

И вот имея в анамнезе – вот уже который век длящуюся женскую монополию на силу, воспитанные матерями, в свою очередь воспитанными матерями, пережившими войны и революции, наши “сильные женщины”, потрясавшие своей силой, как бушмен боевым копьем, внезапно вспомнили о слабости. Третье поколение женщин, имеющих в генах память предков женского пола, несущих в себе функцию “я корова-я и бык, я и баба-и-мужик” – не знающих никаких иных паттернов, кроме “ты отвечаешь за саму себя и детей сама”, вспомнили, что женщина может еще и быть слабой.

На самом деле, каждой “сильной” женщине, не нужно клятв и золотых гор, ей хочется быть услышанной/принятой/понятой одним-единственным мужчиной, кто крепко будет держать в руках. Ей нужна, всего-навсего, – элементарная забота… Уютный дом, чай с печеньем, аромат приготовленного ужина с возгласом из кухни, взывающим о немедленной трапезе… Чтобы грели ручки горячим дыханием, будили утром поцелуем, неистово тискали/обнимали и называли любимой… Чтобы слышать долгожданные слова: “Какая же ты у меня маленькая, слабенькая… я хочу тебя беречь!” Все эти мелочи сбрасывают с женщин маски грозных хищниц, превращая в нежных и пушистых лапушек.

Это цитата, причем, если мне не изменяет память, утащенная у какого-то мужчины-психолога, чьи тексты обожают перепощивать “сильные женщины”.

И вот смотрю я на них, жилистых и выносливых баб… их бабушки – воспитывали матерей в атмосфере, где даже имеющийся в доме мужчина не воспринимался всерьез: его место было на диване, в гараже с себе подобными, или в постели, куда его допускали “шоб не загулял”. Их матушки, переняв подобный паттерн, либо гнали мужей ссаными тряпками за несоответствие светлому образу тятеньки из гаража, либо – устраивали то же гнездовье “гараж-диван-койка “патамуштозагуляет”. У этих сильных женщин принципиально перед глазами не было иной картинки – кроме вышеописанной. И они сами – расстарались, чтобы в их биографиях ровным счетом ничего не переменилось, да вот только есть один затык. Мужчины-то тоже воспитывались в семьях с такими матерями и бабушками. “СЫночки и внучеки” получали такой масштаб женской любви, не отданной мужчине-мужу, что они не просто в ней задыхались и тонули. Они оказывались генетически неспособными ни на силу, ни на заботу о слабом, ни на жертвенность. Какая сила, забота о слабом или жертвенность, если бабка-мамка-сестра пляшут круглосуточно с бубном, подтирая нос и демонстрируя собственную силу во всех состояниях.

Кто будет “дуть на ладошки” или “готовить ужин”, если всю жизнь дули на ладошки ему и ужин готовили тоже; если всю жизнь прав у женщин было больше – и они по праву сильного диктовали ему, что делать, куда идти и как при этом себя вести.

Ну хорошо, допустим, не все мужчины – вписываются в такую формулу, вокруг нас достаточно вполне самостоятельных личностей, матери которых не водили хороводы вокруг единственного мужчины в семье и воспитывали их в соответствии гендерной принадлежности. Допустим, такой мужчина вышел на брачный рынок и огляделся вокруг.

Как вы думаете, будет ему интересна женщина, которая делает все сама, зарабатывает сама, решения принимает сама – и умеет смотреть на мужчину исключительно сверху вниз? Как вы думаете, вдохновит сильного мужчину стук титановых яиц из кружевного белья? Захочется ему “отогреть ладошки”, в которых зажаты гаечный ключ, ручка рюкзака и бумажник вместо условных помады, клатчика и духов? Сильный мужчина хочет женщину окружить заботой и опекать, если она – женщина, а не бесполый унисекс, твердящий мантры о равных правах и харрасменте.

И поймите меня правильно – я вовсе не из тех, кто изображает из себя воздушную феечку в кисейном платьичке, которую может убить сквозняк и пролетающий шмель. И такие женщины представляются мне такими же пародиями на норму – как и “сильные и независимые”.

Дело же тут совсем в другом. Пока женщины в пылу запэклой боротьбы за свои права не додумаются до простой и действенной формулы, что мы – равны только перед Богом и законом, а во всем остальном – мы разные, то их так и будет носить во все стороны – а счастья и удовлетворения у них как не было, так и не будет. Сила женщины – не в том, что она может быть равной мужчине, а в том, что она может делать то, что мужчина делать так и не научится: она умеет вынашивать и рождать новую жизнь. А еще – она может и должна быть слабой, чтобы мужчина мог почувствовать рядом с ней силу. Мы созданы разными – и под разные нужды, вся прелесть и полнота нашей жизни в том, что мы и мужчины разные. Но увы – все больше женщин в нашей жизни хотят не просто быть равными, а равнее – причем по максимуму. И высказывая желание “быть слабенькой, хотеть красное платье и на ручки” – они не осознают, что все это только сотрясение воздуха, что они не готовы действительно выпустить из рук позагребенные отвертки, стамески, рюкзаки и штанги – и отдать свои ладони в руки другого. Им хочется, чтобы на ручки их взяли вместе со всем барахлом в руках, а потом – несли в указанную сторону, желательно быстро и молча.

Но это невыполнимое условие, им проще печалиться о том, что у них нет луны с неба.

Впрочем, пройдет весна и свойственное ей томление духа – и снова мою ленту мордокниги украсят слоганы “я офигительно сильная и привыкла все делать сама”. Обидно только, что пройдут годы и грустная старуха, одиноко сидящая у окна, поймет, что из всех воспоминаний ей остаются слоганы феминизма и вкрученные самостоятельно шурупы… А руки в своих руках – так никто и не подержал, а если и держал – то выпустил. Титан, знаете ли, тяжелая штука, особенно если и свой тащить приходится…

2 Comments

  • Антон says:

    Я вот знаю один интересный случай. Интеллигентная дама, женщина с поразительно сильным и даже жестковатым характером, но с мужем жила не только душа в душу, но и охотно ему подчинялась. Например, он мог совершенно спокойно сказать, что ему надоела работа и уволиться “в никуда”. Жена ему слова не говорила. (Правда, он всегда быстро находил новую, более интересную и вполне денежную работу). И все существенные решения дома принимал муж. Ее коллеги по кафедре не могли в это поверить, пока не увидели своими глазами. Причём это не было какой-то рассудочно выстроенной “стратегией отношений”. Для них обоих это было совершенно естественно. Думаю, тут сыграла роль родительской семьи этой женщины. Папа у неё был офицер, человек сильный, решительный и строгий, и она привыкла именно к таким отношениям, когда мужчина командует, а женщина слушается.

    При этом муж её о ней заботился, интересы её всегда учитывал. Но жил, в общем-то, как хотел. И обоим было хорошо. Так они прожили лет сорок.

    Так что, тут дело не в “силе” женщины, а в гордыне и властолюбии, которые отравляют жизнь всей семьи.

    Есть, например, такой тип женщин, которые изо всех сил борются с мужчиной, стараясь подчинить его себе, а когда им это удаётся, они вместо радости испытывают разочарование и начинают шпынять мужа, попрекая его слабостью и бесхарактерностью. Понятно, что муж, отчаявшись угодить своей прекрасной половине, нередко от неё сбегает.

    Вообще, чем больше живу, тем больше убеждаюсь: гордыня и тщеславие несовместимы с семейным счастьем. А попытки заменить христианскую мораль, основанную на смирении и любви, чем-то иным, основанным на других принципах (всеобщего равенства, солидарности трудящихся, гуманизма и т.д.) неизбежно ведёт к духовной, а замем и материальной катастрофе.

Leave a Reply to Антон Cancel reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Copyright © 2009-2019 Заметки эмигрантки All rights reserved.