Отсмотрели сей шЫдевр, отписываюсь
Уж как звонили, как звонили о том, что неэкранизируемую повесть Стругацких, которая ну никому никогда никак не давалась, – наконец-то щас как возьмут, как экранизируют. И в Узбекистан для этого поедут, и спецэффектов намутят, и звездей наприглашают… как размахнется плечо, как раззудится рука… ухтыжбля, как говорится…
Ну сделали – показали. Что могу сказать…
К Стругацким этот киноопус имеет самое опосредованное отношение – поэтому чтобы не давать сплошной поток нецензурщины, попробую поглядеть на это кинцо как на отдельно взятое киновысказывание… по мотивам мотивов имени Стругацких.
Итак, над системой планет, покраденной из Аватаров, парит Звезда Смерти, покраденная из Звездных войн, только она яйцо, а не шар, но вмятина в наличии. К яйцу смерти подвешен на тросах кусок Останкинской телебашни, покраденной из Останкино, символизирующий не только станцию, но и продакт плейсмент Росатома, который почему-то не просто управляет атомной энергией Земли, но и открывает люки в гиперпространство (все вопросы не ко мне, а к авторам киношЫдевра). По станции снуют юркие наблюдатели за планетой, покраденной из Дюны, в которой царит мрачное средневековье, покраденное из Игры престолов.
В самом начале на каталке ввозят дона Румату-Ярмольника, покраденного из одноименного кина Германа, дон Румата помирають через пару минут – чтобы выдать ярлык на руматенье сербскому актеру Александру Родойчичу, и, как говорится, помер Максим, да и хер с ним. Больше старого дона нам не покажут.
Над телом почившего скорбит намазанный ярким автозагаром Саша Белый дон Кондор, покраденный из Бригады вместе с замашками и разговорами, вокруг ходит покраденная из Сербии актриса Нина Сеникар с перекроенным носом и острыми филлерами в щеках, а также куча статистов, которые покрадены со всех окрестных базаров, потому что ни пластикой, ни мало-мальскими навыками строить серьезные лица они не обучены и обучаться не хотели. Как вы поняли, все это – люди Полудня, опережающие нас по всем параметрам примерно во всем… ага…
По насередке выпиливания Ярмольника из сюжетной канвы, на планету посылают сербского дона Румату, перед тем натаскивая его на то, что там, внизу, мрачное средневековье, и надобно понимать, как там себя вести… А между тем у дона Руматы там имеется свой интерес – по планете где-то ходит-бродит доктор Будах, покраденный из Интерстеллара, потому что является папашей нашего дона Руматы, и сцена прощания папаши с сыном буквально, покадрово натырена из вышеназванного Интерстеллара, аж неловко было глядеть.
Дон Румата прибывает на планету, знакомится с обитателями дома дона Кондора-Белого, знакомится с доном Кащеем Пампой Кологривым, покраденным из Слова Пацана, а также с дочерью палача (повторяю, к Стругацким все это не имеет большого отношения) Кирой, покраденной из первого попавшегося ПТУ, потому что, видимо, профессиональной актрисы умеющей играть на эту роль у киноделов не нашлось. Покраденная из ПТУ Кира поражала нас по ходу действия полным отсутствием мимики, полнейшим. У девушки страх, любовь, отвращение, сострадание, ненависть и радость выражались одним мимическим приемом – полным отсутствием мимики.
Дон Румата по ходу действия знакомится с донной Оксаной Оканой в исполнении пятидесятилетней Виктории Исаковой, которая, конечно, женщина во всех отношениях знойная, но не до такой же степени, чтобы играть секс-символ, покраденный из помеси каменного века и Древнего Рима. Особенно странно донна Оксана выглядела рядом с доном Руматой 1987 года рождения… пренебрежение, выказанное доном Руматой к донне Оксане… мягко говоря, имело под собой все основания и по ходу действия все претензии донны к обладанию молодыми и знойными телами вызывали только один вопрос: как давно донна видела себя в зеркале.
Приключения дона Руматы при дворе – тоже вызывают массу вопросов и ни одного ответа… главный же вопрос заключается в том, кто сказал землянам, что они – высокоразвитые по сравнению с арканарцами. Их развитость заключается исключительно в ношении белых одежд? Или как?
Понимаете, даже в нудном и скучном “Обитаемом острове” худо-бедно были показаны обитатели мира Полудня – и их отличие от аборигенов. Дело было не в одежде и чистоте пяток – режиссер “Острова” показал развитие Максима Камерера от сильного и смелого, но все же чистого и наивного молодого человека 22 века – к жесткому воину, познавшему, что такое погрузиться в мир чистого беспримесного варварства. В “Трудно быть богом” все различие дона Руматы ДО и ПОСЛЕ заключалось в наличии челки и ходящих желваков. Все.
Главной идеей фильма стал поиск героем отца (хотя каким макаром можно потерять на планете человека с встроенным в тело трекером, – еще тот квест). Но с другой стороны, не следовать же в киноопусе идее Стругацких, правда же? Какая- такая идея, когда страна-производитель кинА уж пятый год как воюет с соседями… тут не до гуманистических идей авторов. Тут надо нечто вполне невинное брать – и осваивать. Так что пусть дон Румата папаню ищет…
Хотя папаня тот озвучивал прям своим ртом идеи, за которые в принципе в современной России вполне смог бы заработать себе срок и поехать в солнечную Коми шить бушлаты и рукавицы…
Но я отвлеклась.
Досмотрели мы фильм исключительно на морально-волевых и ради пейзажей Узбекистана. Ничему из видимого не верилось (имею в виду актерскую игру, отсутствовавшую как класс), ничего не увлекало по-настоящему, ничего не было оригинальным и захватывающим.
А ведь могли, могли же создать шедевр. Во-первых, если бы авторы озадачились и изучили Мир Полудня, а не мир Росатома, они бы сумели воссоздать идеальных людей будущего: красивых, стройных, расслабленных и свободных. Если бы они озадачились миром Арканара, они бы придумали, какой могла бы быть архитектура и вообще культура мира, где звезда – далеко, а газовый гигант и его спутники, – близко. То есть на небе несколько светил, имеются регулярные затмения, а день и ночь выглядят принципиально иначе, чем на земле. Ведь сумели авторы Аватара создать оригинальную вселенную, где есть своя биологическая логика у всех живых существ и это отразилось и на их костюмах, и на украшениях, и на архитектуре, и на религии, и на философии. Сумели авторы Дюны создать вселенную, куда тебя обрушает с первых кадров – и ты веришь тому, что видишь, потому что у всего есть логичность и объяснимость, хотя Вильнев снимал почти все на зеленом заднике, не выезжая никуда на натурные съемки.
Если бы действительно озаботились созданием качественного продукта, это мог бы получиться настоящий шедевр – ведь с материалом реально можно было поработать так, чтобы смотримому верилось. Но… увы, все в очередной раз было сделано на отвали и на авось, от этого при всем том, что над фильмом работали, мы увидели не просто вторичность, а третичность и даже четвертичность каждого кадра и движения сценария, отвратительную актерскую игру, мир, покраденный из уже созданных на Западе миров и грубый продакт-плейсмент Росатома, который вызывал уже даже не раздражение, а нервный смех.
Вердикт… говно. Пафосное говно, которое не нужно было снимать, потому что идеи авторов повести идут в разрез с текущей повесткой страны-производителя, и поэтому все снятое по содержанию смотрится лицемерием в кубе, запаковынным в натыренную у вражеского “коллективного запада” форму.
Если хотите – смотрите, но готовьтесь плеваться, если любите Стругацких.