0

Мир сходит с ума, так ли уж мы не при чем?

Posted by admin on November 4, 2017 in Размышлизмы |

Знаете, не прошло и 44 лет, как я поняла, чем бы хотела заниматься, если бы мне физически было бы 20 лет, а начинке в голове – как сейчас, почти 44. Безотлагательно и неопустительно я бы поехала в Питер и занялась нейролингвистикой. Ну вот просто безотлагательно. Так сказать, познала дзен работы своей мечты.

Потому что именно на стыке языкознания, науки о мозге, культурологии, психиатрии-психологии, археологии и антропологии, как оказалось, находится область моих интересов. Но это так, констатация факта – дошло, наконец, что мне по-настоящему нравится в жизни.

Но поговорить я хочу не об этом – а о том, что сегодня утром явилось в мою голову на фоне разговора с мамой, с которой мы обожаем по скайпу говорить “про умное”, а не только обсуждать детей, внуков и новости об общих знакомых.

Вот смотрите, ребята.

Наверное, вы читали об открытиях в квантовой физике и о коте Шредингера.

Некий кот заперт в стальной камере вместе со следующей адской машиной (которая должна быть защищена от прямого вмешательства кота): внутри счётчика Гейгера находится крохотное количество радиоактивного вещества, столь небольшое, что в течение часа может распасться только один атом, но с такой же вероятностью может и не распасться; если же это случится, считывающая трубка разряжается и срабатывает реле, спускающее молот, который разбивает колбочку с синильной кислотой. Если на час предоставить всю эту систему самой себе, то можно сказать, что кот будет жив по истечении этого времени, коль скоро распада атома не произойдёт. Первый же распад атома отравил бы кота. Пси-функция системы в целом будет выражать это, смешивая в себе или размазывая живого и мёртвого кота (простите за выражение) в равных долях.

Согласно квантовой механике, если над ядром не производится наблюдение, то его состояние описывается суперпозицией (смешением) двух состояний — распавшегося ядра и нераспавшегося ядра, следовательно, кот, сидящий в ящике, и жив, и мёртв одновременно. Если же ящик открыть, то экспериментатор может увидеть только какое-нибудь одно конкретное состояние — «ядро распалось, кот мёртв» или «ядро не распалось, кот жив».

Вопрос стоит так: когда система перестаёт существовать как смешение двух состояний и выбирает одно конкретное? Цель эксперимента — показать, что квантовая механика неполна без некоторых правил, которые указывают, при каких условиях происходит коллапс волновой функции, и кот либо становится мёртвым, либо остаётся живым, но перестаёт быть смешением того и другого.

Если грубо и примитивно – факт наблюдения влияет на то, жив кот, или мертв.

Так вот, до недавнего времени принципы квантовой механики считались работающими только для микромира. Но вот я давеча почитала интервью отца Кирилла Копейкина, православного священника-физика, где он рассказывал, что современные физические опыты ставят ученых перед фактом, что не только для микромира. Но и для нашего с вами мира. Наблюдающий – является полноценным участником эксперимента и влияет на его результат самим фактом своего присутствия.

Вы понимаете, что происходит? Происходит то, что наука подошла к тому, что мы, люди, действительно имеем ВЛАСТЬ над миром, и не просто власть убить воробья из рогатки или оставить клевать крошки. Нет, мы, похоже, самим присутствием в мире можем оказывать на него влияние. То есть не было бы нас, мир бы существовал по иным законам. И тогда – слова Христа о том, что вера величиной с горчичное зерно может двигать горы – это не метафора. А самая что ни на есть констатация физического закона бытия нашего мира.

Созданный Богом Адам, получивший власть нарекать имена, то есть обозначать реалии этого мира, – получил не лингвистическую власть назвать мышь мышью. Бог, сотворивший мир Логосом, Словом, дал человеку, созданному по Своему образу и подобию, со-творить мир, нарекая имена любой твари и любому явлению. Меняя этот мир своим логосом, своим словом.

Грехопадение изменило человека – и Богу пришлось менять мир, прогибая, сламывая, принижая его под нас, потому что земля не хотела носить падшего человека, вода не хотела его поить, а всякая живая тварь не признавала больше человека хозяином. Мир пришлось изменить – иначе мы не смогли бы жить в нем. Какие-то законы этого мира пришлось тоже изменить – и былую, задуманную власть на этим миром получают с тех пор только те, кто по-настоящему обоживается, становится богоподобным. Именно эти люди и могут двигать горы, идти по воде, понимать все языки мира. Иногда мы слышим истории, когда даже обычному человеку под силу отменить законы природы – то ли по вере, то ли по Божьей воле. Все эти матери, выхватывающие своих детей из-под машин, поднимая их одной рукой за бампер, эти подростки, которые идут в монастырь по тонкому льду, потому что у них на руках умирающая подруга и им нужна молитва – а до моста несколько километров. Все эти спасающие на пожаре сирот студенты университета Дружбы Народов, которые не понимают, как им удавалось понимать друг друга, если они только въехали в Россию и не успели выучить ни слова по-русски, но понимавшие и нянек, и пожарных, кричавших им, куда бежать и где искать детей в задымленном здании.

Определенно – физики подошли к экспериментальному, научному подтверждению тех фактов, которые знали верующие много сотен лет.

Но если даже падшее человечество имеет физическое, вполне измеримое и ощутимое влияние на мир – то тогда действительно мир существует и функционирует в прямой зависимости от наблюдающего (экологический фактор будем считать само собой разумеющимся), и тогда тот факт, который я сейчас собираюсь описать, – правда?

Уже давно, будучи наблюдателем-любителем, я все чаще говорю, что человечество ощутимо глупеет. По-настоящему, без шуток. Люди становятся не просто интеллектуально убогими, то есть их знания о мире и о себе поверхностны и разрозненны, а следовательно, они просто мало знают – и их можно при желании научить. Нет, дело в том, что такая важная штука как критическое мышление – становится редкой и элитарной птицей в головах. Да что далеко ходить – вон самая крупная страна Европы, умудрившаяся за жизнь одного поколения, то есть за 20 лет, скатиться от самой передовой кузницы кадров СССР до рогульской сельской клоаки с майданутым на всю голову населением. 20 лет – и все, случилась национальная катастрофа, которую уже не возвернуть вспять, потому что все, кто мало мальски соображает, уже поняли, чем чревата жизнь в этой стране, и рвут когти в любые места, где нет взвивающихся жовто-блыкытных стягов с трызубом и щеневмэрлой в качестве гимна.

20 лет – и целую страну превратили в обрушившийся в архетипические сельские глубины террариум, где понятия о гуманитарных стандартах размыты настолько, что я действительно считаю, сколько еще должно пройти времени, чтобы началась махновщина в самом что ни на есть гуляйпольском варианте.

И поверьте – украинцы не просто такие крутые, что за 20 лет наздобулы таких чудных результатов. Боюсь, что для любого народа на нашем земном шаре – подобные достижения являются лишь вопросом времени и финансирования. Потому что – повторяю – люди поглупели.

Оказывается, подобные мои рассуждения – не являются феерическим бредом. Буквально вчера я слушала лекцию о том, что люди действительно глупеют на планетарном уровне. И нейрофизиологи начали фиксировать этот факт. Да, у них еще только начинается работа – потому что то, что мы с вами можем чувствовать и подозревать интуитивно, для ученых является вопросом сбора доказательств, подтвержденных экспериментально. И работа над этими вопросами началась. И уже раздаются слабые голоса, утверждающие то, что ум и глупость являются наследуемыми качествами (да, мозг можно и нужно тренировать, но тот, кто родился в семье учителей, врачей или ученых, будет гораздо быстрее обучаться, чем тот, чья семья поколениями состояла из потомственных проспиртованных безработных). Впрочем, а что тут удивительного, я на примере собственного ребенка вижу, что поколения спортсменов со стороны отца – дали ей очень благодарную мускулатуру, которая отзывается на тренировки в разы лучше, чем, скажем, моя. А поколения педагогов с обеих сторон – дали ей возможность быть врожденным учителем. Она действительно феноменально умеет объяснять – не потому, что я хвастаюсь достижениями детя, а просто потому, что могу оценить как профессионал способность другого человека к педагогике. При этом я так же могу оценить весьма скромную музыкальную одаренность девицы вопреки музыкантам дедушке и бабушке.

Да и вообще – что считать умом? Помнится, был у нас в универе препод, защищенный (правда, на тему пионерских организаций), но че ж, все равно человек с поствысшим образованием и всякими регалиями. Но какой же он был феноменальный дурак! Ну просто любо-дорого! Так что под умом – следует понимать даже не образованность, а способность собирать, обрабатывать и связывать информацию, позволяющую выстроить логичную и непротиворечивую картину мира. И вот именно этот ум – и является наследуемым признаком, равно как и глупость, которая, вопреки наличию образования, не позволяет воссоздать ту картину мира, которая позволит смотреть на него максимально объективно.

И вот теперь, ребята, я и задам тот вопрос, к которому так долго шла.

А что, если глобальное оглупление человечества – и есть то, что сводит мир с ума? Мы так привыкли к этому выражению: мир сошел с ума, что уже не обращаем внимание, что его можно рассматривать и буквально.

Да, у нас отвратительная экология, да, мы подобны вирусу, который ведет себя на планете так, словно у нас еще в запасе есть пара планет. Но дело, как мне кажется, не только в экологии. В конце концов в конце 19 века в мире рванул супервулкан Кракатау и на четыре года планета подернулась слоем пепла, который снизил мировую температуру, повлиял на приливы-отливы, урожаи и даже чуток сдвинул магнитный полюс земли. Вот это я понимаю катаклизм и вот это я понимаю влияние. Но рассосалось же – хотя по степени влияния за короткий промежуток времени этот вулкан даст нам сильную фору. Но нет… Мир действительно сходит с ума – сходит с ума погода, сходят с ума животные, даже растения. Все вокруг по-настоящему, практически буквально становится с ног на голову. И объяснить это исключительно экологией – я как-то не могу. Слишком это… как бы сказать… В общем, один вулкан может сделать больше, чем мы за сто лет. А значит, не только в экологии дело. Значит – есть еще какие-то механизмы влияния.

И может ли быть, что мы как наблюдатели, как непосредственно влияющие на процесс существа – своим безумием меняем мир и делаем его безумным самим фактом нашего безумия?

Знаете, ребята, мне кажется, эта мысль – не такая безумная (тавтология). Во всяком случае – пока я буду думать именно так. Но это значит, что надежды у нас действительно нет… Катиться с горы – легко и приятно, а вот взбираться на гору – удел тех, кто склонен бороться с собой и желать победы. И как мы видим – большинству катиться хочется больше, чем карабкаться. А это значит, еще немного – и мир окончательно рехнется. И будет ли там место для нас и наших детей?

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Copyright © 2009-2017 Заметки эмигрантки All rights reserved.