Репортаж со дна )))

У меня состоялся вчера разговор из серии “бытовой психолог советуЭ”, и в принципе это был обычный разговор, вот только по его результату я получила прямое доказательство, как нас, “простых людей”, воспринимают те самые “илитные илиты”, а вот свою реакцию я явно ожидала не такой, какая она есть. В общем, ребята, делюсь.

Для вас не секрет, что с началом войны очень многие люди вынуждены были сорваться со своих мест, эмигрировать и начать жизнь буквально с чистого листа. Разумеется, те, кто и на родине не шиковали, в эмиграции быстро нашли работу и стали выстраивать новую жизнь, причем парадокс заключается в том, что финансово обычно эти люди выигрывают, но в России и в Украине люди привыкли к совершенно другому уровню сервиса (что Европа, что Северная Америка рядом не стоит с тем уровнем, который является чем-то само собой разумеющимся даже не в Москве или Киеве, а в обычном областном центре – от банкинга до доставки еды или сферы ухода или красоты).

Поэтому обычный среднестатистический человек в эмиграции может зарабатывать гораздо больше, чем имел на родине, но с другой стороны, ему приходится привыкать к каменному веку сферы услуг, что служит причиной больших и малых расстройств. В общем, повод для недовольства имеется, но с другой стороны, прибывают другие деньги – да плюс безопасность, худо-бедно работающие законы и прочие плюшки западной жизни.

Совсем другая картина мира начинает выстраиваться для тех, кто был… ну назовем это креативным классом и средним чиновничеством (сами понимаете, национальность тут вообще никакой роли не играет, это работает для пространства бывшего СССР с практически минимальными вариациями). Они прибывают в страны эмиграции с довольно увесистой подушкой безопасности (достаточной, чтобы не идти на условную укладку полов или клининг), но все же недостаточной, чтобы прикупить недвиги за пару лямов и жить не зная забот и любуясь закатами и пейзажами. Они могут удаленно делать чего-то там, получая оплату в крипте, но все равно вынуждены периодически залазить в эту подушку, чтобы платить за недешевое жилье (они предпочитают самые центровые районы) и не ограничивать себя хотя бы в покупках и периодическом отдыхе где-нибудь в Мексике или Испании (в зависимости от географии проживания). И мне всегда казалось, что это – самый лайтовый вариант вынужденной эмиграции… им не приходится обрушиваться в новую жизнь и идти на самые примитивные физические работы, чтобы выживать и кормить детей. Им не приходится катастрофически проседать в социальном статусе (по крайней мере, мне так казалось), потому что они обычно вполне сносно знают английский, языковой шок происходит в максимально сглаженной форме – они спокойно берут курсы, шлифуют язык и потом могут какое-то время искать работу в условном менеджменте – где ты все равно сидишь в офисе и занимаешься звонками и имейлами, а не таскаешь ламинат или тюки с грязным бельем. Ну то есть имеются поводы для расстройства, но не такие, чтобы упасть в яму страданий.

Но давеча я увидела, насколько сильно ошибалась.

В общем, пришлось мне пару часов плотно беседовать с дамой, которая обрушилась в экзистенциальный кризис середины жизни, сильно подстегнутый эмиграцией 2022 года. Она с супругом – очень, очень сильно антивоенно настроены, сами понимаете, валить им нужно было очень быстро и перспектива возвращения для них равна нулю. В анамнезе у дамы – престижнейший журфак, работа в очень серьезных изданиях, причем последнее место работы – пафосный глянец, присутствие на всех неделях высокой моды и прочее-прочее-прочее… Херовая новость в том, что ее английский – не того уровня, чтобы претендовать на позиции в аналогичных глянцах западного мира, муж ее – зарабатывает по моим меркам весьма пристойно, но по меркам дамы – маловато, причем настолько, что ей пришлось тоже найти работу. Оплата на работе такова, что мне таких бабок не видеть в принципе – ее почасовая оплата в полтора раза выше моей и у нее имеется перспектива серьезного роста. Вдобавок – она та самая офисная крыса – и да, ей приходится иметь дело с очень разношерстной командой эмигрантов, а не только с канадцами, но с другой стороны она именно что менеджер и обязана исключительно контролировать процессы, но ни коим образом не заниматься ими самой.

В общем, я вам обрисовала примерный бэкграунд, чтобы вы поняли, откуда человек обрушился в кризис.

Причем ей, ребята, объективно херово, чтобы не сказать хуже. Ее штырит, она плохо спит, нервничает, выносит мозги мужу и мечется, выкуривая, кажется, по пачке в день, если не больше. Мы увиделись лично и ее буквально прорвало – почти 2 часа я выслушивала монолог, в котором человек отчаянно описывал мне всю степень своего падения на “дно жизни”, причем “дном”, как я поняла из рассказа, является обычная наша с вами повседневная жизнь. Работать, проводить досуг в кино или театре, ездить отдыхать в отпуск, общаться с людьми, путешествовать по округе… Она правда считает это совершенным падением. Я попыталась уточнить, а что падением не является – и поняла, что это те самые недели моды, интервью со знаменитостями, и еще куча бабла, причем бабла халявного – которое падает на голову “от рекламных коллабораций” или еще чего-то… Дама правда плакала – что привезла сюда целый гардероб, но его некуда носить, что она не хочет знакомиться и заводить друзей среди “нищебродов”, которые еще и довольны своим падением, когда они работают и зарабатывают, потом влазят в ипотеку и платят ее 30 лет, что заработок – это когда ты едешь куда-нибудь в бывшую восточную республику СССР и там за год делаешь “четверть ляма”, которые обращаешь через несолько лет в “четверть ярда” в Дубае, что жить надо так, а не чтобы “от зарплаты до зарплаты”.

И вот тут, ребята, я буду с вами откровенной, потому что сама охренела от своей реакции. Наверное, еще пару лет назад я бы изошлась ядом и обрызгала бы им весь монитор, но поймала себя на мысли, что я правда ей искренне сочувствую. Вот был человек, учился на крутом факультете, сразу, с ходу, начал общаться с тогдашними политиками уровня Жирика или Явлинского, потом ушел в глянец и начал иметь доступ ко всему тому, что показано в кинофильме про дьявола и Прада, проникся ценностью всего этого дела, не вылазил из заграниц и реально объездил весь мир… а потом херак и все это пошло юзом и куда-то в тартарары, причем им с мужем еще безумно повезло, что они сумели выскочить без проблем и еще добраться до наших берегов вполне официально и хоть с какими-то деньгами. И вот вроде бы имеется работа, приносящая вполне стабильные, пусть и не безумные деньги, есть возможность со временем получить гражданство, есть прекрасное место, где океан, горы, мягкий климат и лениво-сонная страна, пусть без сервиса, зато с вполне нормальной безопасностью и работающими законами, где пока еще не сажают за лайки. Да, дауншифтинг, но очень лайтовый.

А человек – несчастен настолько, насколько может быть, настолько, что он уже не фильтрует базар и говорит мне в лицо, что то, как я живу, – это днище, позор и падение. И я обнаруживаю себя не объявляющей “подруга, да ты охуела”, а искренне сочувствующей ей. Ей действительно требуется работа с психологом, она пообещала найти спеца и начать что-то с собой делать, а я вторые сутки не могу разобраться в себе.

Ну то есть я совершенно отчетливо понимаю, что если… назовем это обслугой настоящих элит, (а журналисты, артисты, модельеры и так далее являются именно что обслугой, развлекающей скучающих богачей) – совершенно искренне смотрят на жизнь обычных людей, таких как мы с вами, как на днище и социальное падение, то как же на нас должны смотреть сами эти элиты – и я совершенно не имею в виду какую-то конкретную страну, боюсь, подобное высокомерие свойственно вообще очень многим сапиенсам так или иначе ставшими хозяевами социальных лифтов, несущих куда-то в сияющие дали богатства и успеха. Ведь для них мы действительно обитатели дна, наверное, лучшим сравнением будет для нас сравнение с обитателями чашки Петри. Ну имеется какая-то жизнь, ну копошатся там какие-то существа, но представить себя в этой же чашке? Да ни в жизнь! Никогда и ни при каких обстоятельствах.

Кстати, теперь я поняла, что когда мадам Маркл, окольцевав принца Гарри, объявила, что таперича они будут вести жизнь “обычных людей”, то жизнь эта не означала покупку обычного дома и походы в обычную школу… отнюдь, мадам Маркл, настаивающая, чтобы ее называли (желательно с интонациями объявления чемпионов мира по боксу) The Duchess of Suuuusexx, представляла себе жизнь “простого человека” жизнью среди все тех же богатых и знаменитых, только без исполнения королевских обязанностей (а обязанности эти предполагают не хилую такую работу лицом – и работать лицом нужно вне зависимости, как ты себя чувствуешь и какое у тебя настроение).

А еще мне стало понятным, почему мадам М. и еенный прЫнц так ненадолго задержались в нашей Канадии – у нас реально с “дачесс” никто не возился, никто вокруг не падал ниц – и еще и предъявляли, что они со своей охраной всех уже достали, спокойно в кафе посидеть нельзя. А ведь в принципе, захоти эта парочка жить действительно жизнью простых людей, именно в нашей Канадии это было бы совершенно возможно. Сонно, тихо (особенно в богатых районах), есть школы для детей, есть возможность для обычных хобби и путешествий, никто не будет лезть в душу и хватать за руки. Денег из папкиного наследства могло хватить на хороший дом и обычную жизнь без забот, не нужно было бы писать позорные мемуары и торговать лицом перед американским истеблишментом, посещать дни рождения карьдашьянного табора с раздачей визиток и так далее.

Ну какие еще нужны доказательства, что “жизнь простого человека” в их глазах – это совсем не то, чем является наша жизнь, жизнь действительно обычных людей. Все наши обычные рутинные дни – это, оказывается, полное ничтожество и абсолютная деградация, опуститься на это дно – это подписать себе приговор, что ты навсегда станешь той самой бактерией, варящейся в питательном бульоне, бессмысленной и совершенно никчемной единицей, так и не узнавшей настоящей жизни.

Та самая моя собеседница – из очень серьезной номенклатурной семьи, старых коммунистических денег, возможно, поэтому я прониклась к ней настоящим сочувствием.

Но, ребята, этот текст – еще и моя попытка понять себя. Понимаете, если бы я прониклась к этой даме острым неприятием на почве социального неравенства: девочка, родившаяся с золотой ложкой во рту – и та, которая обитала в Свердловске Луганской области, я бы это про себя быстро поняла и не писала этого текста. Нет, это не из-за социального неравенства, когда человек считает себя “бедным, но честным” против “подлых богатых”. Я не считаю ее тупой дурой, которая не знает жизни и слишком остро реагирует на пустяки. Не считаю ее зажравшейся тупой п…й… В том-то и дело, что я действительно ей очень сочувствую – и при этом ни капли не обижена ее речью.

С одной стороны, если смотреть на финансы, то мы действительно очень выросли с того момента, как уехали из Украины с нашими зарплатами в 120 долларов у меня как у университетского преподавателя и 240 – у мистера Адамса, работавшего компьютерщиком. С другой стороны, как бэ карьера без пяти минут кандидата филологических наук, ставшего управдомом – это явно не путь к сияющим вершинам 😉 Тем не менее, я ни секунды не жалею, что наша жизнь сложилась именно таким образом – хотя иногда и думаю о том, сколько же умных людей просрала наша прекрасная родина, привыкшая жить в парадигме “чемодан-вокзал”.

Однако так или иначе результат остается одним – я очень спокойно восприняла этот разговор и скажу больше: как только я задумалась, что же такое эта самая “настоящая жизнь”, то поняла, что ее определения в принципе не существует.

Понимаете, для меня необходимость на постоянной основе встречаться с разными людьми, постоянно быть накрашенной и одетой, улыбаться при любом раскладе, ездить по миру и прочее – это не просто не показатель “настоящей жизни”, а очень серьезное испытание, именно поэтому я с большим сочувствием отношусь к королевским особам и членам президентских семей, которые вынуждены торговать лицом вне зависимости от того, как они себя чувствуют, хотят этого или не хотят, нравятся им откружающие или нет. Я действительно считаю, что эти люди лишены “настоящей жизни”, потому что вынуждены притворяться практически все время – а публичное внимание к их персонам 24 на 7 добавляет к жизни того сомнительного “шарма”, что они даже у себя дома не могут мусор вынести, чтобы их тут же не обсудили или обсосали со всех сторон. Для меня жизнь принцессы Кэтрин – это тяжелая жизнь женщины, которая исчезающе редко может быть самой собой, чей любой шаг – происходит под прицелами камер, и она даже поболеть не может без того, чтобы за ней не присмотрели, парик на ней или не парик, и что там у нее с мужем, бросил он ее уже или еще нет.

Но если спросить меня, что такое “настоящая жизнь”, то я скажу, что это просто способность находиться в гармонии с самим собой. Да, мы должны работать, но если работа тебе более-менее нравится и тебе за нее платят, то ты в гармонии с самим собой. Если не нужно притворять, лгать, лицемерить, – ты в гармонии с самим собой. Если ты относительно здоров и у тебя ничего не болит – ты в гармонии с самим собой. Если не нужно убивать свою совесть, ты в гармонии с самим собой. А если к этому прилагается еще возможность иметь любимых и дорогих людей рядом, путешествовать или иметь любое другое хобби, – это вообще самая настоящая из всех настоящих жизней.

Для кого-то же – вмазаться дозой или хлебнуть алкоголя и улететь из этой действительности – тоже является той самой настоящей жизнью, а все, кто думает иначе, просто в ней ничего не понимают.

Наверное, мы действительно мало способны понять друг друга, потому что ценностные ориентиры у нас очень разнятся. Я честно и откровенно скажу, что если у меня будет стоять выбор – полезть на ледник или поехать на показ Баленсиаги, то по сути и выбора нет никакого, я полезу на ледник, потому что вся возня вокруг недель высокой моды не имеет для меня никакой ценности. С другой стороны, вопросов “На хера вы туда лезете?” мы с мистером Адамсом получаем столько, что я уже научилась не теряться, а отвечать: “Нравится” и лицезреть недоуменное пожимание плечами. Большинство моих знакомых считает нас с мужем в прямом смысле слова бешеными собаками, которые лезут за каким-то хером наверх и сидя в пыли получают извращенное удовольствие от усталости, голода и жажды.

Ровно точно так же я не в силах буду понять человека, который будет описывать мне все виды кайфа от ЛСД или галлюциногенных грибов – его ценности для меня не несут никакого смысла.

Возможно, поэтому я и посочувствовала свой знакомой – потому что из своего очень уютного узкого мирка она обрушилась в незнакомый ей мир совершенно чужих радостей, ценностей и норм. Она не знала, никогда не интересовалась, как живут люди вне ее круга общения, грубо говоря, ей всегда казалось, что там, далеко внизу, живут какие-то людишки, которые даже “контент”, который она делала, не смогли бы никогда потребить. Ну где они со своими одежками из масс-маркета и где Гуччи с Армани, где они со своими заводами или школами – и где светские приемы, о которых даже в журналах не пишут, настолько они закрытые и только “для своих”. Где они со своими “от зарплаты до зарплаты” и где их гонорары, где с одной байерской поездки для кого надо можно купить себе студию в не самом поганом районе города.

И вдруг все перевернулось с ног на голову – и привычный мир просто перестал существовать. Оказалось, что теперь нужно заново выстраивать картину мира, встраивать в него себя, перенастраивать матрицу ценностей… а годочков при этом – ну не 16, и мысль о том, что фарш не провернуть назад, кажется самым кошмарным кошмаром из всех.

Но в принципе – ничего в этом мире не ново. Как выяснилось, история – это не учитель, а палач, и вот уже другое поколение “благородных (и не очень) кровей” пытается забыть, что когда-то она владели имениями, заводами-пароходами и сияли бриллиантами на дворцовых балах. Подобно княжнам и графиням, учившимся в Париже и Лондоне 20-го века быть манекенщицами, белошвейками и гувернантками, унесенное ветром новое поколение наших соотечественников будет учиться жизни в новом социальном статусе.

Самые гибкие – встроятся и научатся новому, остальных ждут неприятности разной степени грусти.

Хочется верить, что, в случае с моей собеседницей, если уж обитательница дна, которая вопреки идее о том, что на дне нет никакого просвета, а только падшие создания и лузеры, рассказала ей о кризисе середины жизни и сценариях его прохождения, то это все же подарит ей надежду, что в этой чашке Петри водятся очень разные формы жизни – и некоторые из них могут оказаться вовсе не такими кошмарными, чтобы вариться среди них дальше, если уже выбора не осталось совсем.