Ну шо, робяты, поглядела я вторую часть кина. Отчитываюсь.
Знаете, что было первым шоком? Осознать, что первая часть снималась 20 (!!!) лет назад. Время как-то совершает совсем уже отчаянные кульбиты – я думала, что фильму лет десять, а оказалось, что первая часть снималась в жирные и тучные нулевые – когда мир был совсем-совсем иным. Не таким иным, как до 11 сентября (вы попробуйте глянуть фильмы конца 20 века, вы будете сильно удивлены) – но и не таким, каким мы его знаем сейчас.
Первая часть, которуя я пересмотрела буквально позавчера, оказалсь таким веселым фэшн-шоу, где милейшая недотепа противоставлялась модной зубрихе – и в конце оказывалось, что это всего лишь две стороны одной медали. Одна обретала стиль, красоту и получала жизненные уроки, а вторая – вспоминала, что у нее имеется человеческое лицо.
Фильм с одной стороны демонстрировал изнанку модного мира, а с другой – доказывал, что “жить в коллективе и быть свободным от коллектива (заменяем коллектив модой)” – нереально, и у каждого уродливого небесно-голубого свитерка имеется своя художественная история, осиянная славой мытцив и криэйторов.
Это было отлично сыгранное, смонтированное и стильное кино, которое и сейчас вполне мило смотрится – сильно приперченное волнами ностальгии по молодости и легкости бытия.
Что у нас имеется в анамнезе на май 2026.
Тот же состав, даже второстепенные роли (я не знаю, зачем Стрип было принимать участие в этом балагане, те же вопросы к моего любимейшему Стэнли Туччи), тот же Нью-Йорк, тот же Милан, те же “проблемы”. Кстати, если в первой части все происходящее казалось мне каким-то безумным преувеличением, то после того, как я познакомилась с воговской журналисткой, рассказавшей мне подробности устройства внутренней кухни, я понимаю, что в кине действительность очень отлакирована и сверху посыпана блестками и мишурой, потому что реальность еще более скандальная и говнистая. Милым нюансом нашего общения был совместный вывод о том, что “я бы повесилась на твоей работе”.
Ну так вот, если первый фильм был замечательно написан и совершенно феерично смонтирован, где в короткое экранное время мы схватывали бэкграунд героев, видели развитие их характеров и результат их действий, то вторая часть нам сразу начала показывать самый феерический гвоздец.
Если в первой части героиня Энн Хэтэуэй была такой заучкой-недотепой, “выше всей этой моды”, наивной, чистой, но целеустремленной и, главное, готовой меняться, – это было, с учетом внешности Энн, органично и мило. Преображение было показано очень эффектно, даже с учетом того, что Энн очень красивая девушка и как бы уродливо ее ни пытались показать, испортить ее не могли даже страшненькие костюмы и плохо расчесанные волосы. Но кроме преображения Энн сумела показать способность остановиться на самом краю, за волосочек от того, когда душа и вправда будет продана дьяволу, носящему Прада, потому что очень характерным был сам “грех”, которым соблазнялась героиня. Ей нужно было предать – вовремя, правильно, расчетливо предать. Причем даже не подругу, а коллегу, от которой и хорошего-то ей не приходилось испытывать.
Эта способность остановиться, посмотреть на себя и понять, что именно ты только что была готова сделать (кстати, если бы не героиня Стрип, вряд ли бы она осознала, что уже практически предала, просто ее спас несчастный случай с переломом ноги) – была показана Энн очень хорошо.
И вот проходит 20 лет. В конце первой части мы видели преображенную Энди, уже ставшую серьезной журналисткой, уже переставшую носить изыски, но уже забросившую синие свитерки и дурацкие юбки… эта Энди обменивается взглядами с Мирандой – и мы видим, что изменились обе. В Миранде появились человеческие эмоции, она вспомнила, что умеет быть человеком не только снимая маску дома, но и даже в собственной машине!
Но нет, малята, ничего подобного во второй части не происходит.
Двадцать лет спустя мы видим все тех же “мушкетеров”, в жизни которых если что и появилось, то только признаки возраста. Энди все та же восторженная идиотка (покажите мне серьезных журналистов-расследователей, остающихся восторженными идиотами после пары лет работы). Миранда все та же стерва, у которой новый муж, но все те же подчиненные, ползающие перед ней на брюхе. Эмили – стала в два раза более стервозной, работает в Диор и отыгрывается на всех и вся. Мир изменился, но в “Подиуме” изменилось только одно – стало пожиже и “поповестистей”.
В первой части причина, по которой Энди пришла в глянец, предельно проста: девочке-ботанке просто некуда было податься, у нее не было выбора. Что насчет причины во второй части? Матерую журналистку со всем ее отделом прямо во время получения престижной премии увольняют по СМС? И за нее тут же не начинают драться самый крутые издательства? Серьезно? А что это тогда за профессионал, если у него не остается никакого хода, кроме как вернуться в гламурный журнал?
Что это за профессионал, который за 20 лет работы в крутой газете не накопил денег на какой-то подушку безопасности? Ведь Энди живет в дерьмовой квартире в дерьмовом районе, значит, ее аренда невелика, у нее нет ипотеки и не собственной машины (это два нехилых источника подсоса денег), у нее нет семьи, нет детей, на которых тратятся огромные деньги в западном мире, – у Энди нет ничего, и при этом потеря работы для нее воспринимается как конец света, ибо “пойду по миру”.
И да, за уши притянули типа причину “буду спасать коллектив”, но это такое… И за уши, и за хвост притянуто.
Вся вторая часть – и будет этой “операцией спасения”, и по ходу действия которой авторы никак не решат, что они снимают. Киношку про модное преображение и поиск человека внутри гламурного робота они уже сняли. Что теперь? “Спасение журнала”? Тема была явно недокручена, верней, сама идея “продать журнал” наследником “патамушто я так захотел” – это очень тупая идея. Каков бы ни был наследник – вот так взять и все “продать” – по нынешним временам не получается, это просто так не работает.
Но если мы не спасаем журнал, что что тогда? Ну можно поставить Миранду в идиотское положение “прынцесса оказывается на тыквенной грядке”. И даже показать, как она САМА ВЕШАЕТ ПАЛЬТО в своем офисе! Ведь Миранда никогда сама не вешала своей одежды у себя дома или в гостях… ах как смешно, у нее вообще нет такого навыка! Или показать, как Миранда сидит в обычном самолете с обычными американскими жирдяями – ведь у нее совсем нет денежек оплатить себе перемещение по миру, даже если журнал отказался это делать. Ведь когда у тебя муж всемирная знаменитость, то путешествовать нужно только бомж-стайл, если корпорация не оплачивает тебе бизнес-класс.
И вот таких идиотских “причин поржать” в фильме – очень много. И если в первой части даже совершенно чумовое поведение Миранды, швыряющей в ассистентов свои вещи, смотрелось скорей комично – потому что полировалось гениальной игрой Стрип, вносящей в характер героини харизму вопреки всему, то теперь те же замашки смотрелись глупо и жалко. Мир изменился, все изменилось – а наши герои остались не просто самими собой, а постаревшими облезлыми версиями самих себя, потому что постарели все – и время никого не пощадило.
А еще авторы понаприглашали в камео всяких звездей типа Леди Гаги, и наполнили фильм толстыми намеками на тонкие обстоятельства, пройдясь по Безосу с евойной новой женой – и обцеловывая пятую точку жены прошлой, которую сыграла Люси Лиу, у которой разве что нимб не колосился и крыла ангельские не развевались по всему кину. И хэппи-энд тоже случился такой, что аж зубы от патоки свело – настолько приторно и слащаво получилось.
Не было никакой морали, никакого преображения героев – была плохо смонтированная торчащая нарезка из кадров, где вот тут, тут и тут все красиво носят новые коллекции, тут, тут и там – глумятся над “глупыми толстосумами, не понимающими, шо глянец – это искусство”, а тут и там – припадают перед теми, кто “знает и понимает”. Большой клип “краса та врода” под любимые хиты от Мадонны до Гаги.
Ребята, я не знаю, захотите вы это смотреть, или нет. Я – посмотрела один раз и все, поставила галочку “еще одно пятно на биографии хороших актеров”. Если захотите просто ознакомиться – битте шен. А нет – так и не потеряете ничего.