Ну шо, граждане бояре, ежели вы удивились, что от меня уж 3 недели как ни слуху ни духу, то больше не удивляйтесь. Мы были в отпуске в Германии у родителей – и только сегодня я села отстаивать впечатления и готова поделиться ими с городом и миром. Начнем помолясь – с самого первого дня.
Если вы забыли, то напоминаю, почему мы так долго не могли путешествовать, ведь собрались (и добрались) мы до Дрездена – спустя 14 лет после нашей эмиграции в Канаду.
Первые 8 лет мы жили с нашими ОЧЕНЬ странными паспортами, выданными еще Луганским ОВИРом в 2004 году. Они вполне нормально прокатили при эмиграции в Канаду, поскольку еще не истекли, но потом начались прекрасные события с крымнашим и войной на Донбассе, и вот тут-то и оказалось, что нам было проще получить канадское гражданство даже с нашими истекшими паспортами места, которое технически еще считалось Украиной, но посольство уже говорило с нами как с врагами народа, а фактически стало ЛНР, то есть непризнанным государством с непризнаваемыми нигде, кроме России, документами.
Получение гражданства из-за этого сильно затянулось (а с нашими паспортами никакие путешествия были невозможны: мы могли застрять в любом аэропорту любой точки мира), нам пришлось писать километры объяснений, почему наши документы – по сути являются кусками бумажек неизвестного происхождения, и почему мы не можем предоставить канадскому правительству нормальных паспортов Украины, но в конце концов канадцы действительно вникли в эти проблемы и приняли нас в гражданство, которое является для нас единственным на этот момент. Как только мы утрясли вопросы с документами, грянул ковид и все остались сидеть по домам в полной изоляции, а как только прошел ковид и можно было начать летать, мне взрезали нос и слава Богу, что я осталась дома в прошлом году. Десятичасовой перелет даже в этом году начал ощущаться лицом буквально через три часа после взлета, а что было бы, если бы мы полетели в прошлом году через несколько месяцев после операции, мне даже думать страшно.
Но если вам кажется, что дискомфорт с носом – это единственная проблема, то я вам скажу, что нос – это самая маленькая и нестрашная история в нашем декамероне.
Билеты мы взяли еще до того, как Трамп начал свои бесконечные игрища в бензин и пролив, поэтому поездка обошлась нам во вполне вменяемую сумму, а вот тот факт, что европейские чиновники тоже решили поиграться – только в контроль пассажиропотока в Европу – очень сильно осложнил нам жизнь. Прямых рейсов Ванкувер-Дрезден не существует в природе, нам нужно было долететь до Франкфурта, оттуда пересесть на рейс до Дрездена и стыковка у нас была нормальные 2 с половиной часа. Этого было больше, чем достаточно, даже с учетом гигантских размеров аэропорта – и мы совершенно не волновались о том, успеем ли мы состыковаться. Но потом до нас дошла весть, что брюссельские чиновники быренько порешали доказать, что они не зря жрут свои кренделя с повидлом, поэтому “для нашей безопасности” ими был введен дополнительный контроль под названием Entry/Exit System для всех, кто не является гражданами Евросоюза. То есть по прилету в любой аэропорт стран ЕС мы теперь все обязаны проходить то, что миленько обозвано Системой Въезда и Выезда, а по сути является обычной проштамповкой визы в паспорте. И кабы все это было так просто.
Где-то за пару недель до вылета нам пришло письмо, что наша двухчасовая стыковка изменилась – и теперь нам придется провести в аэропорту 6 часов, “чтобы хватило времени пройти EES”. Это нас насторожило, мы начали читать отзывы и узрели ад. Оно ж как бывает – брюссельские фантазеры имеют думы и их думают, а потом и осуществляют, чтобы доказать свою нужность, а вот каким образом происходит воплощение их фантазий в реальность – этих людей не интересует. Они же сами через такое не проходят, чего ж думать о том, каково будет нам, пассажирам, аэропортам и авиаперевозчикам. Ненене, думать о практике в башнях из слоновой кости не приучены, поэтому я при всей своей миролюбивости, искренне желаю каждому из причастных к этой фантастической идее – провести как можно больше своей жизни в том трэшаке, в который они обрушили весь мир, прилетающий в Европу.
Мало того, что мы провели чудесное время в самолете Люфтганзы, пытаясь выживать десять часов в компании датской детской спортивной сборной, которую весь полет разбирали несколько тренеров, посчитавших, что эти разборы необходимо осуществлять исключительно летя над океаном жопами на подлокотниках, а также орущих младенцев и прохаживающихся в проходах индусов, – сразу после посадки мы отправились искать этот самый пункт прохождения ИИС. Где-то 30 минут ушло на то, чтобы дойти от места прилета до указателей этого самого ИИС, потом – до электронных киосков, где мы отсканировали наши паспорта, сделали фотки и сдали отпечатки пальцев. Но из этого места нам следовало идти дальше – и пройти все то же самое, только уже с людьми. Не спрашивайте меня, зачем два раза, я не знаю, почему необходим дубляж – в Брюсселе виднее, как, очевидно, виднее и то, почему нельзя создать базу данных, куда будет слита информация о наших рожах и отпечатках пальцев прямо из киосков – минуя стадию “человек-человек”. Видимо, это ужасно сложно – создать программное обеспечение под это дело, так что мы пошли по аэропорту дальше, искать этих самых “человек-человек”, а потом увидели змеящуюся очередь к стеклянным будкам со взмыленными офицерами внутри. Очередь нас поразила своими размерами, но еще более поразил нас работник аэропорта, сказавший, что чтобы попасть в эту очередь, нам нужно занять еще одну очередь и махнул рукой куда-то в темный проход. В проходе стояли люди с чемоданами и мы пошли в него – чтобы (я не шучу, ребята, вдумайтесь, что я сейчас вам напишу). Мы 10 (!!!!!) минут шли вдоль этой очереди, а она все не заканчивалась. ДЕСЯТЬ МИНУТ мы шли вдоль чудовищного потока людей, которые стояли в очереди, чтобы попасть еще в одну очередь на прохождение контроля.
Когда мы, наконец, нашли хвост у этой очереди, то стали всматриваться вдаль и поняли, что за нами тянется не меньшая толпа – и очередь станет еще длинней, и это с учетом того, что у нас-то стыковка – 6 часов, а кто-то молился, чтобы успеть на самолет через два часа, и это при том, что из этой очереди надо было успеть к своему гейту. К чести аэропортовских работников и всех пассажиров, тех, у кого стыковка была через полтора часа, пропускали первыми, работники ходили вдоль нашей человеческой многоножки и выкрикивали тех, кому нужно было пройти контроль как можно быстрее, и мы беззвучно таких людей пропускали. Позади нас оказались американцы, которые вообще свой рейс пропустили, потому что у них в билетах стоял Терминал 2, а он типа не существует в природе. Потом оказалось, что Терминал 2 был переименован в Терминал 3, но им почему-то забыли об этом сообщить, и они обреченно стояли в очереди на регистрацию, потому что без нее им нельзя было даже покинуть аэропорт, чтобы заселиться в гостиницу.
Мы немного потрындели за жизнь, услышали много грустного о том, как сейчас хреново живется при трампизме, а потом всех нас вызвали и увели куда-то на новый уровень ада – в какое-то подземелье без окон, куда решили увести часть безразмерного людского моря. В подземелье оказалось мрачно, темно и воняло туалетом – а из двух кабинок, занятых по идее 4 офицерами, только одна осталась рабочей, где сидели два совершенно замордованных молодых человека, выглядящих словно достанными из центрифуги, и на них-то и возложили священную обязанность обработать документы примерно полутора сотен человек. И если бы это была просто обработка – кого-то из очереди забрала полиция (что-то с документами), кто-то орал на русском языке, что-то объясняя (один из офицеров говорил на русском и пытался вникнуть в говоримое), кто-то с совершенно безумными глазами опаздывал на рейс и молил принять его без очереди… Ребята, это реально был филиал ада, и от того момента, как мы заняли очередь, к офицеру мы подошли через два с гаком часа. До нашего гейта мы шли еще 40 минут, и если бы нам не поменяли стыковку, мы бы совершенно точно опоздали на самолет.
С выпученными глазами мы, получив штампик о пересечении границы Евросоюза, мы отправились к нашему гейту, размышляя, каким-таким образом мы сумеем пережить стыковку в час двадцать на обратном пути. По всему выходило, что билеты надо менять – и мы попытались сделать это в Люфтганзе (вообще-то летели мы Air Canada, но это один авиа-альянс с Люфтганзой, отчего компании взаимозаменяют друг друга), но нам выкатили такие финансовые условия, что мы, выпучив глаза, решили попробовать сделать это уже по прилету в Дрезден. Кстати, отвлекусь. Все же попытайтесь не экономить на билетах, мы брали на самый дешевый эконом-класс, а чуть выше – с возможностью бесплатного обмена и опциями нормального провоза ручной клади. Да, переплачиваешь пару сотен долларов, но зато действительно имеешь опцию бесплатной замены билетов и нормального провоза ручной клади, а это в дальних путешествиях очень важно, поверьте.
Путь до Дрездена был уже смешным – 50 минут в воздухе – и мы, наконец, смогли обнять родных.
А теперь немного путевых впечатлений.
Фотка безудержного хвастовства. Мой Самсунг Galaxy 24 Ultra, над которым потешается мистер Адамс “size matters” – выхватил газовую вышку над Ла Маншем. С 11 километров высоты. Вполне ничего зум у машинки.
Но вообще самое главное различие при полетах над Америкой и Европой, – это то, что над Америкой можно лететь часами и видеть только пустоту. Над Европой где ни летишь – всюду жизнь. Деревушки, поля, окультуренные леса… Обжитое пространство, где не осталось дикого места без присутствия человека.
Второе впечатление после 14-летнего отсутствия – размеры. Тут объясню.
Когда мы приехали в Дрезден из Луганска, он показался нам огромным. Скромный областной центр Украины – и столица Саксонии просто не могли соперничать с друг другом. Любая прогулка становилась путешествием, дороги казались широкими, пространства – необозримыми. А вот когда мы вернулись в Дрезден из Ванкувера – все точно так же поразило, только с другим знаком. Все стало маленьким и компактным. Наши безразмерные ванкуверские расстояния, когда поход в ближайший магазин показывает на шагометре 5 км; прогулки вдоль набережной, когда короткий путь оказывается равным 11 километрам, а долгий – 15… шоппинг ценой в 7-10 км… Спокойная поездка за 35 км к отцу мистера Адамса (в один конец) в пределах города – и такая же спокойная поездка за 70 км в любимый рыбный ресторанчик в гавани… После такого Дрезден показался нам очень небольшим городом, где мы совершенно спокойно ходили от моих родителей до центра города за полчаса – и считали, что это не расстояние вообще (увы, мисс Адамс не очень хороший ходок, поэтому нам все же пришлось купить проездные билеты и пользоваться общественным транспортом невиданной красоты производства компании Мерседес). А еще автомобили… Они показались нам малюсенькими по сравнению с американскими.
А еще мы напоминали деревенских коров – потому что в Ванкувере у пешеходов имеется преимущество – если дорога не главная, автомобили обязаны пропускать людей. В Дрездене это правило не работает, поэтому мы несколько раз едва не попали под машины, получив в свой адрес кучу ругани (поделом). Представляю, что о нас думали водители, которым под колеса спокойно шли три человека, еще и взмахивая приветственно руками (так мы у нас благодарим водителей за то, что они останавливаются). Нет, потом оказалось, что и в Дрездене тебя могут пропустить – на совсем уж махоньких улочках, но мы совсем этого не помнили и первые дни смело начинали переходить улицу, даже видя двигающуюся машину.
Наш первый день – когда мы выползли любоваться окраиной города и обнаружили пейзаж, просящийся то ли Ван Гогу, то ли Каспару Давиду Фридриху на полотно. Тут мы часто гуляли с колясками и 14 лет назад это поле было желтым от рапса. Теперь тут что-то злаковое – отороченное маками.
Дрезден вроде бы расположен на равнине – но местность какая угодно, но не плоская. Примечательная башня. Когда мы жили в Дрездене, я угрожала хулиганившей малолетней мисс Адамс и ее двоюродной сестре, дочери моей сестры Наташи, что я уйду в эту башню к волкам – насовсем, жить. Обе девицы выли дурниной и умоляли в башню не уходить. Узрев эту башню сейчас, я начала ржать и напомнила мисс Адамс о своих угрозах. На этот раз не сработало – мисс Адамс сама пригрозила уйти в нее к волкам, потому что она красивая (и башня, и мисс Адамс), так что еще неизвестно, кого из нас выберут волки.
Вы спросите меня, а откуда же мы узрели башню с волками и прочую лепоту? А вот из этого домика – он вполне обитаем и мы нагло подошли к нему вплотную.
С другой стороны домика – вот это, мы сняли скалу позже. Стоит такая ляля – и в ней живут люди.
А это – звоночек в этот домик. Не знаю, сколько этому звоночку лет, но это лепота высшего порядка, особенно для глаз выходцев из города, которому 150 лет в обед и где стариной считаются здания первой четверти 20-го века.
А тут идешь – и походя видишь невероятную эстетику обычного жилого дома.
Башня Рапунцель. Косоньки никто не спустил, как мы ни орали. Вообще – это часть очень заброшенного пустующего здания, которое никто не реставрирует – и которое поразило нас своей эстетикой. Стоит никому не нужная красота – и заростает диким виноградом.
Ну вообще-то в этом месте можно увидеть и таких коников… Стоит скотинка, глаза закрыты каким-то мешком… Видить, чтоб не испугался и не убежал…
Район этот называется Doelchen – он нам чрезвычайно понравился, буколическое место, где местные жители здороваются на улицах и где все очень тихо и пристойно.
(Продолжение следует)