Двадцать один год назад утром в наш класс пришел сын третьего секретаря райкома партии, который учился вместе с нами, и произнес впервые слово “Чернобыль”. Привыкшая умничать еще в нежном возрасте 6 класса, я заявила, что такого города нет, а есть город Тернополь. Товарищи, слышавшие из моих уст жуткие слова “диплодок”, “докембрий” и “первобульон” (в то время я бредила палеонтологией и задалбывала всех, кто готов был слушать, почерпнутыми из очередной книжки знаниями), встали на сторону знавшей такие мудреные слова. И зря… Оказалось, город Чернобыль есть на карте…
И наши пострадавшие щитовидные железы сделали все, чтобы мы этого города не смогли забыть до конца жизни…
