Сказка – ложь, да в ней намек… – или о том, что же нам рассказывают сказки.

В конце второго курса нас, филологов, настигает фольклорная практика. Самые одержимые едут в глухие деревни и записывают там рассказки и песни, мы же с подругой не были такими заядлыми сборщиками народного творчества, поэтому собрали материал в селе, находящемся совсем рядом с городом. Кстати, мы получили высший балл, потому что материал был действительно оригинален – когда в чисто сельские вещи вписался еще и городской фольклор. Но суть не в этом, а в том, что на отчетной встрече с руководителями нам прочли лекции об истоках сказок. И мы были поражены, насколько все глубого и серьезно. Все знакомые с детсва царевичи, гуси-лебеди, бабки Ёжки и Кощеи обрели вдруг нагруженность совсем иными смыслами.

Недавно я вспомнила ту самую практику и ту самую лекцию. И решила, что нужно написать о сказках и их смыслах. Может, это станет интересным и вам.

Read more

Пауло Коэльо и его книги

О Пауло Коэльо я услышала довольно поздно – когда уже весь мир с придыханием спрашивал, есть ли еще во вселенной товарищи, не читавшие “Алхимика”. Будучи именно таким отсталым элементом, я решила восполнить пробел в образовании и заказала друзьям сию книжку (жили мы уже в эмиграции, поэтому “вышла на улицу, купила книжку” было уже не про нас). С того времени наши друзья решили, что я являюсь поклонницей синьора Пауло и везут мне с завидной регулярностью все свежие его шедевры. Будучи по натуре книжным червем я честно глотаю роман за романом, и вот только решила озвучить то, что я, собственно, думаю об этом авторе.

Read more

Станислав Лем “Солярис”

Начну издалека. Давно еще подозревала, что процесс творчества может быть намного бессознательней, чем кажется. И вот недавно получила подтверждение. Сидела на курсах и работала над дизайном буклета. Заданием было отрекламировать отдых на далеком норвежском острове, где водятся только нефтяные платформы и пятизвездный флотель (такой вид гостиницы).

Read more

Людмила Улицкая, “Казус Кукоцкого”

Больше всего на свете я люблю читать книги, которые заставляют думать. Не гадать, кто же там убийца или потерянный двадцать лет назад сын, не сопереживать любовным недугам героев, не дрожать от ужаса, вчитываясь в особенности расчлененки или в пируэты блуждания призраков – а именно думать. Книга может быть о любых из предложенных вариаций, а то и обо всем сразу – но если она не заставляет думать (и желательно после прочтения тоже), то годится она только для незатейливого валяния на пляже или отдыха от чего-нибудь серьезного, скажем, сданного экзамена, когда мозгу требуется только расслабление и отдых.

Read more

Д. Рубина, “Почерк Леонардо”.

Рецензируя фильмы, давно хотела начать рецензировать и книги, которые произвели на меня впечатление. Причем не обязательно в позитивном смысле слова… Первой пробной ласточкой запускаю книгу, которая явилась для меня открытием 2009 года, это роман Дины Рубиной “Почерк Леонардо”.

Read more

О «Мастере и Маргарите» – новый взгляд на роман Булгакова… (продолжение)

Все, что буду писать дальше, – исключительно мои мысли, которые, впрочем, могут быть подобраны в ноосфере 🙂 Однако подобраны честно, без осознания, что краду из у кого-то…

Read more

О «Мастере и Маргарите» – новый взгляд на роман Булгакова… (продолжение)

Альфред Барков высказывает предположение, что Мастера назвали Мастером неспроста.
Потому что появление мастерства как такового, самого по себе, означает смерть для художника. Художник – гений, творец, а мастер – лишь хороший ремесленник.

Read more

О “Мастере и Маргарите” – новый взгляд на роман Булгакова… (продолжение)

«ОН ЗАСЛУЖИЛ ПОКОЙ»

О судьбе Мастера сказано красиво: «Он не заслужил света, он заслужил покой». И несколькими поколениями советских интеллигентов эти слова переживались как символ их скудных эсхатологических надежд. «Счастливый финал» …

Read more

О “Мастере и Маргарите” – новый взгляд на роман Булгакова… (продолжение)

ЕСТЬ ЛИ ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЕ ПЕРСОНАЖИ В РОМАНЕ?

В рукописях таких сцен религиозного обращения было больше. В черновиках остался единственный персонаж романа, которого можно было бы назвать положительным. Как ни странно, этим единственным положительным персонажем оказывался Никанор Босой. Его грехи не переезжали человеческие судьбы. Он взяточник, а не людоед, не доносчик и не палач. Он – единственный, кто признал наказание себе заслуженным: «- Бог истинный, бог всемогущий, – заговорил Никанор Иванович, – все видит, а мне туда и дорога. Господь меня наказует за скверну мою, – с чувством продолжал Никанор Иванович, то застегивая рубашку, то расстегивая, то крестясь, – брал!». Его покаяние осталось уникальным в романе по своей глубине и необратимости. В черновиках романа покаяние Босого еще более глубокое.

Read more