Открылись глаза в эмиграции
Сейчас только прочитала текстушеньку, написанную весьма уважаемой дамой, эдакой томной критикессой с умными (без шуток) мыслями. Текстушенька содержала цитату: “Есть на свете женщины, которым 40-45 лет, а они все носят горох, цветочек и что-нибудь короткое”. Дальше шли абзацы, посвященные общей конченности и безумию вышеозначенных дам. Уже час сижу и чешу репу. Ну то есть мне … Read more
Я уже который год кручу в мозгах и обкатываю мысль о том, что в условиях высокоразвитой медицины естественный отбор не может не пойти по альтернативному пути и человеческая популяция будет неуклонно регулировать собственную численность при помощи “муравьиного разума”.
Похоже, это реально работает.
Сегодня прочитала историю о докторе Перл, работавшей в Аушвице ассистенткой доктора Менгеле. Доктор Перл была заключенной, и ее заставили ассистировать Йозефу Менгеле в его экспериментах. Вечерами доктор Перл делала заключенным женщинам аборты. Много абортов, больше 3000. Потому что не было в Аушвице доли страшнее, чем доля беременной женщины, становившейся объектом для опытов нацистов и предметом … Read more
Когда-то неплохой актер Епифанцев нынче попал в переплет с обвинениями в педофилии. Вообще-то персонаж сей – давно уже находится за гранью, которую не перелететь даже психу всея Руси Джигурде, и где пока в одиночестве пребывает еще один герой по фамилии Панин. Изюминкой на торте обвинения Епифанцева служит тот факт, что шашни 45-летний товарищ крутил с 14-летней кавказской девицей, поэтому предсказать исход дела не берутся, так сказать, ни одни звезды, скрутившиеся над головой ударившегося в сатанизм лицедея в какой-то особенно хитрый кукиш.
Но речь сейчас не об этом. А о совсем другом.
У меня сегодня вышло небольшое приключение. Прохаживаясь по просторам тырнетов наткнулась на жалостливый пост высокодуховной тетеньки, которая плакалась прилюдно, что перестала чувствовать себя “настоящей женщиной” и просила советов у почтеннейшей публики, что с этим делать.
Казалось бы, сколько было статей и постов на тему того, как ужасно плясать на костях и радоваться смертям – не важно, чьим. Есть в смерти нечто такое, что делает (ну или должно делать) ушедшего неприкасаемым, свободным от наших издевательств и глумлений. Как бы мы ни ненавидели, как бы ни ссорились с ушедшим.
Ой, а сколько было трепотни и воплей “ясебявсякойлюблю” и “вывседуракиинелечитесь”.
В моей жизни было несколько серьезных уроков – и я благодарна всем без исключения людям, которые мне их преподавали. Один из наиболее запомнившихся – папин. Об умении уходить и не возвращаться.
Гарвард закончил масштабное исследование, длившееся 75 лет. Грант и Глюк разделили между собой бедняков (около 500 человек, Грант) и выпускников Гарварда (около 300 человек, Глюк) и на протяжение жизни нескольких поколений делали замеры физиологического и психологического состояния (опираясь как на данные биологии-химии, так и авто-эссе людей).
Прошу обратить внимание на то, что я буду описывать не идеального, а сильного мужчину, а это – совсем не одно и то же.